Для нашего времени акцент на художественном, эстетическом воспитании вполне оправдан. Ведь оно формирует духовные ценности, которые ничем заменить нельзя. Искусство помогает человеку познавать те стороны окружающего мира, к которым наука еще только подступает. Уже давно замечено, что даже в области точных знаний наибольший успех выпадает на долю тех, кто смолоду отдал дань увлечению музыкой, изобразительным искусством, гуманитарными науками. Поэтому для развития кругозора, творческих задатков ребенка надо использовать любую возможность.

«Детская душа всегда тянется к марке, а что уж будет лежать в основе этого интереса, зависит от нас самих», — сказал однажды, обращаясь к коллекционерам, народный артист СССР Михаил Жаров.

Знаки почтовой оплаты охотно берут на себя роль посредника в ознакомлении человека с произведениями искусства. Причем назвать ее только информационной неверно: уже сама по себе почтовая миниатюра, как иногда называют марку, принадлежит графике, ее создание имеет свою художественную специфику.

Можно оторвать марку и наклеить на конверт, позабыв о ней, как только письмо будет опущено в почтовый ящик. А можно, напротив, поместить ее в альбом, заинтересоваться ею как произведением графики. Не случайно именно художник считается автором марки.

«Кусочки бумаги с отчетливым рисунком», как назвал в свое время новые знаки почтовой оплаты генеральный почтмейстер Англии сэр Роуленд Хилл, предъявляют к своим создателям большие требования. Как мы уже убедились, марки могут рассказать о многом. И, обратите внимание, на весьма ограниченной площади, по сравнению с которой даже вывешенный в музее рабочий эскиз к картине представляется гигантом. Но ведь марка не подготовительный эскиз, не набросок, а самостоятельное законченное произведение. Отсюда — и специфика ее рисунка.

С марок смотрят на нас знаменитые писатели, поэты, художники, композиторы... Впрочем, художникам, скульпторам и архитекторам повезло больше, чем представителям других искусств. Воспроизвести на марке, например, музыкальное произведение невозможно (хотя, как курьез, известны и миниатюрные марки-пластинки с нанесенной на них грамзаписью). То же относится к стихам и прозе (несмотря на то что строки из литературных произведений встречаются — главным образом на купонах и блоках, с которыми мы еще познакомимся поближе). Зато творения мастеров кисти и резца, зодчих представлены во всем многообразии.

Разумеется, марка, даже самая совершенная, не может заменить ни картину, которую воспроизводит, ни даже ее обычную репродукцию. Законы изобразительного искусства строги: копия не равнозначна оригиналу. Но дело, конечно же, не только в этом. «Я не удовольствуюсь... простым увеличением рисунка, если мне предстоит перенести его на лист... вдесятеро больший... — рассказывал о своей работе замечательный французский живописец Матисс. — Художник, желающий перенести композицию с меньшего листа на больший, должен для сохранения выразительности продумать всю композицию заново, видоизменить ее, а не просто увеличить картину, разбив ее на квадратики». Совершенно очевидно, что так же невозможно уменьшить живописное полотно до размеров марки без потерь для восприятия.

Матисс считал, что для сохранения выразительности композиция должна видоизменяться в зависимости от пропорций и величины листа бумаги, на который ее предстоит перенести. А как быть создающему марку художнику? Вносить исправления в оригинал шедевра, который она воспроизводит? Вряд ли это разумно. Поэтому работающие по заказу почты мастера останавливают свой выбор по возможности на таких картинах, наиболее существенные детали которых не потеряются при уменьшении во много раз.