Старинные марки словно машина времени. Разглядывая их, мы переносимся в атмосферу давно ушедших лет, наглядно представляем себе то, о чем слышали на уроках, читали в книгах. Разве не яркий пример экономических трудностей молодой Страны Советов, захлестнувшей ее инфляции — сделанная в 1922 г. на марках надпечатка нового номинала —100 000 руб.? Деньги падали в цене быстро, знаки почтовой оплаты не поспевали за ними. В одном из старых журналов есть уникальная фотография — человек держит в руках часть марочной ленты, длина которой в несколько раз превышает его рост. Этой лентой была оплачена пересылка одного из почтовых отправлений тех времен. Можно себе представить, сколько времени отняла наклейка марок.

Углубимся еще на несколько десятилетий — и увидим в альбомах филателистов свидетельства земской реформы в России. Семидесятые годы прошлого века ознаменовались подъемом деятельности земских почт. Сейчас их выпуски считаются классическими. Но, оказывается, искать марки некоторых земских почт бесполезно — их попросту не было, хотя деньги за пересылку корреспонденции взимались. Больше того, иногда письма доставляли бесплатно.

Сюжеты марок диктует жизнь, и потому они могут очень многое дать для удовлетворения детской любознательности. Случается, марка помогает подростку даже в таком важном деле, как выбор профессии.

... Встретил я как-то своего знакомого.

— Что-то давно тебя не видел, — говорю, — сознавайся, где побывал?

Стал знакомый пальцы загибать. Сначала на одной руке — не хватило, за другую взялся.

— Карелия, Камчатка, Горный Алтай, «страна Тюмения», конечно... А вот туда, где мечтал побывать еще мальчишкой, на марку глядя, никак не доберусь. Знаешь, я ее до сих пор храню: ведь она мне больше чем профессию — целую жизнь подарила.

Мне не надо спрашивать, о какой марке идет речь. Есть в коллекции у моего приятеля и экзотические, и довольно редкие экземпляры. Но самое почетное место занимают не они, а выпущенный в 1958 г. скромный знак почтовой оплаты, посвященный 50-летию со дня падения Тунгусского метеорита. Художник А. Завьялов изобразил на ней падающий «небесный камень», а рядом — портрет ученого Л. А. Кулика, впервые обследовавшего место его падения.

Марка попала к мальчишке, который до того о «тунгусском диве» не слыхал. Она разбудила фантазию, заставила рыться в подшивках научно-популярных журналов, прочитать множество книг. Родилась мечта — самому поехать в тайгу, продолжить начатое Л. А. Куликом дело. И еще — в голову крепко засело, что Кулик был минералогом.

Мой товарищ решил стать геологом. А когда его мечта осуществилась, то интерес к разгадке тайны Тунгусского метеорита отошел на второй план. Он увлекся изучением недр планеты, исколесил страну вдоль и поперек, побывал в самых отдаленных ее уголках. Вышло так, что филателия действительно открыла перед мальчишкой дорогу в мир, который со временем стал для него родным.