Почему взрослых так раздражают наша манера одеваться, наши прически!

На этот вопрос отвечает социолог, кандидат философских наук Марина Арутюнян.

Волосы, раскрашенные в разные цвета, слишком длинная шевелюра или полное ее отсутствие, серьги у мальчишек, куртки и перчатки в заклепках — все это вызывает скрытое или явное раздражение у взрослых.

Мне, признаться, иногда хочется «наброситься» на безвкусицу, на пестрые, вызывающие наряды. Но давайте просто попытаемся в этом разобраться.

Наши взгляды, убеждения, что хорошо и что плохо, формируются в юности. И взрослые действуют в рамках тех установок, которые им были заданы лет тридцать назад. Но современные молодые люди не принимают этих установок, борются с ними. И это естественно.

Допустим, мое поколение увлекалось музыкой «Битлз», мы носили длинные волосы. Теперь у молодежи в моде другая стрижка, многие любят слушать «тяжелый металл». И у нас это, как ни странно, вызывает раздражение. Когда мы видим в своих детях что-то совершенно иное (а так, как правило, и бывает), мы взываем к ним: «Вы не знаете, что такое хорошо и что плохо, а мы знаем и сейчас вам расскажем...»

Хотя в этих различиях нет ничего страшного — нормальная смена поколений. И острота, степень конфликта, конечно, зависят от понимания ситуации, тактичности, деликатности той и другой стороны.

Больше того, если бы одно поколение повторяло другое, то развитие остановилось бы. И хотя роль молодежи в общественном развитии безусловно велика, но здесь есть и опасность того, что будет предан забвению опыт старших поколений, сметены непреходящие классические ценности. Не случайно лозунг исключительности молодежи активно использовал фашизм. Использовались те, кто мало знает, но при этом не боится «широко шагать», сметая все на своем пути, отвергая сомнения в своей правоте, уничтожая своих оппонентов не морально (это непросто), а физически.

Молодость — это огромная энергия. Но ее можно призвать и на великие, и на страшные дела. Сломанные скамейки, камни, брошенные в окна идущих поездов, испачканные надписями заборы, искореженные телефонные будки, дикие драки спортивных «фанатов» — ведь это существует.

Мотивы, причины непонимания, конфронтации между взрослыми и детьми сложны. Дело еще и в том, что в подростковом возрасте происходит «эмансипация», «автономия», «уход» от родителей. Маленький ребенок воспринимает их как «богов», он беспомощен, полностью зависит от них, от их воли. Только они (а не он!) знают, решают, что можно делать, что нельзя, что хорошо, что плохо. И хотя ребенок растет, родители не собираются отказываться от своей роли: повелевать, оставляя ребенку лишь право безропотно подчиняться. И «вдруг» начинается реакция «отторжения от родителей. Не вдруг, конечно, но родители старались не замечать этот постепенный, поступательный процесс. Когда ребенку 13, 14, 15 лет, конфликт «ухода» от родительской опеки в разгаре, наступает его «час пик» (для девочек характерен более поздний этап, для мальчиков — ранний). Дети заявляют: мы уже взрослые. Но ресурсов психологических, материальных да и других, чтобы быть взрослыми, мало. Тогда на помощь приходит способ «группирования со сверстниками». Именно в этот период прическа, манера одеваться играют для подростков огромную роль.

Вообще, что такое одежда? Фартук был символом профессии каменщика, потом стал знаком принадлежности к масонской ложе. И прическа, одежда, манера ходить, говорить — тоже символы. В любом возрасте. Допустим, тридцатилетняя женщина, предпочитающая «молодежный» стиль, надевает джинсы, спортивную куртку, кроссовки. Ее сверстница, которая наденет «английский» костюм, относит себя к «солидным» людям, подчеркивает свой статус, положение в обществе. Особенно важна домашняя одежда. Халат «говорит» за свою хозяйку: я — мать и жена, это главное; джинсы: я прежде всего молодая женщина. Причем взрослые часто смешивают стили: утром — строгий костюм, вечером — джинсы.

У подростков иначе. Они выбирают стиль в зависимости от той груп-пы,к которой принадлежат: длинные волосы и потертые джинсы хиппи, шапочки и шарфики фанатов, заклепки и цепи металлистов...

И это не просто одежда, прическа, необычные перчатки, значки... Это код, пароль, отметка: «свой», «чужой». Эти четкие разграничения необходимы потому, что отношения между группами часто бывают агрессивными и распознать «своего» и «чужого» нужно мгновенно и безошибочно. И хотя все эти объединения и называются неформальными, но это своего рода четкая форма одежды, некие «мундиры» собственной и неприятельских «армий».

Когда родители чувствуют «отход» ребенка, они болезненно переживают его сближение с группой, то, что она занимает больше места а жизни ребенка, чем они — родители. И подчас им уж не столь важно, куда уходит ребенок: будь то технический кружок или театральная студия,— важен скорее сам факт, что он уходит от родителей. Их в такой ситуации можно пожалеть.

Есть еще одно наблюдение. Как сказал один подросток: с родителями бесполезно ссориться — все равно придется мириться. Так сказать, у детей и родителей разные «весовые категории». Родители, к сожалению, нередко используют свою «мощь» как средство шантажа: куплю тебе мопед, магнитофон... а за это ты должен подстричься «как положе-но»... Вот оно — зло: «за это»...

Подростку надо дать возможность нормально, естественно прожить этот период «отторжения» от родителей. Через 10 лет он сам, по своей воле станет носить строгий костюм и аккуратную прическу. А сейчас подростку важнее, как к нему относятся его сверстники, а не родители.

Надо помнить: наши дети формируются в ином мире. Причем сейчас мир меняется быстрее, чем в любое другое время. А ведь они не только наши дети, они и дети своего времени.

У подростков есть потребность «раскрыть» свой мир, привлечь к себе внимание. Одеться во что-то яркое, броское. Это нормально, естественно. Придет пора, и необходимость в этом отпадет. Всему свое время!

Я думаю, что у 14—15-, а особенно 16—17-летних должно быть достаточно такта, понимания всей сложности ситуации. И подростки должны не только требовать, но и попытаться понять взрослых. Это необходимо! И чем сложнее, глубже духовный, интеллектуальный мир ребенка, тем терпимее он, легче идет.на это. Что вовсе не значит, что он «раб» своих родителей, что он принижен, раздавлен. Просто он способен понимать других.

Как познакомиться с человеком, который тебе нравится!

О том, как преодолеть барьер нерешительности, как познакомиться с понравившимся человеком, беседуют журналист Юрий Рогозин и кандидат психологических наук Аркадий Егидес.

— Судя по читательским письмам, знакомство можно назвать одной из самых каверзных проблем общения. Речь идет о знакомстве юноши и девушки. Стремление расширить круг знакомых естественно для человека, но далеко не у всех в силу их характеров это получается. В последнее время создаются клубы, проводятся вечера для молодежи и для тех, кто постарше, где учат людей общаться. Однако ведь возможен и другой путь — научиться вступать в контакты с незнакомыми людьми в любой ситуации. Вот только многих мучает вопрос: а нравственно ли знакомиться в парке, в метро? Не признак ли это легкомыслия?

Американский поэт Уитмен в одном из своих стихотворений писал: «Первый прохожий, если ты хочешь подойти и заговорить со мной, то почему бы тебе не подойти и не заговорить со мной?» И он абсолютно прав! Однако бытует мнение, что знакомство в случайной обстановке хуже, чем знакомство на работе или «по месту жительства», именно потому, что оно случайно и человека мы мало знаем.

— Но ведь никто не мешает, познакомившись с кем-то в кино или на выставке, узнать друг друга глубже. Что касается понятия случайности, то ведь и на работе, и в вашем доме могут оказаться случайные люди, не близкие вам по духу.

— Но почему же так нелегко познакомиться без посторонней помощи даже людям, достаточно контактным?..

— Как правило, молодые люди боятся получить отказ, который больно ударит по самолюбию. Вдобавок, если это происходит на глазах У других, пережить его еще тяжелее. Тут, кстати, возникает немаловажный вопрос об этике и этикете отказа.

Вот девушка повела плечиком, вздернула носик, холодно ответила: «Пустое, напрасные усилия...» А ведь не исключено, что Сама окажется в ситуации, когда будет с сожалением и надеждой смотреть на молодого человека, который подходит ей, но не подходит к ней, потому что у него уже был такой отрицательный опыт. Теперь он семь раз отмерит и ни разу не отрежет. А разве трудно искренне сказать, что при других обстоятельствах вы бы охотно познакомились, но сейчас — «се ля ви» — вас ждет ваш молодой человек. И не будет горечи раздавленного самолюбия или же навязчивого приставания.

Иногда человек как будто бы и нравится внешне, но так неуклюже предлагает общение, что ставит вас в неловкое положение перед окружающими. Стоит ли сразу поддаваться рефлекторному желанию отказать? Ведь он, скорее всего, стесняется, не преодолел себя, на-пористостью восполняя неумение. Однако ведь неумелый не значит плохой. Может, именно этой неуклюжестью он и мил. Ну так помогите ему! Поговорите немножко. Скажите с сомнением: «Да? Вы считаете удобным знакомство в случайной обстановке? Ну что ж, давайте поболтаем. А что идет в нашем кинотеатре?» И дальнейшая беседа может показать: перед вами человек интересный. С какой же стати отказываться от контакта?

— Иногда молодой человек пытается завести знакомство путем просто взлома запрета: «Пусть окружающие осудят, пусть даже и она откажет, все равно не сдамся!..»

— Да, нахальство порой помогает, однако не стоит его все-таки культивировать. А вот сдаваться действительно не надо. Не нужно обращать внимание на окружающих, разглядывающих вас во все глаза, пусть смотрят. Ну а она? Если вы не понравились, простите. Главное — к своему «не сдамся» приложить тонкое умение заводить беседу на темы, «дозволенные» между незнакомыми людьми.

— Что же это за темы?

— Всегда уместно предложить помощь, если только человек в ней хоть чуточку заинтересован. Вот она достает из сумочки монетку, чтобы взять билет. Не дожидайтесь, пока она кого-нибудь попросит,— протяните руку, не передавайте, а оторвите билет сами. Такая услуга будет всегда воспринята благожелательно, и ведь это повод для разговора. Фраза «Пусть этот билет будет счастливым, даже если сумма пресловутых цифр не совпадает», вызовет улыбку, и тогда уже можно спросить что-нибудь о маршруте автобуса или о фильме в кинотеатре, промелькнувшем за окном.

Оправдана и просьба о помощи. Вам трудно ориентироваться в метро, маршруте троллейбуса, вы не знаете, стоит ли смотреть эту театральную постановку. Отказ от контакта на такую тему может быть воспринят любым как невежливость. А человек, который склонен с вами познакомиться, ответит на ваши вопросы и окажет посильную помощь с радостью.

— В этих психологических приемах важно не забывать об одном моменте: разговор не должен быть сверхкратким, иначе его трудно продолжать.

— Конечно! «Который час?» — «Пять минут пятого». И дальше — тягостное молчание. Если уж, скажем, пользоваться темой времени, то пусть у вас будут сломаны часы, которые то отстают, то спешат. Вы показываете их и просите: «Нельзя ли уточнить по вашему электронному хронометру? С часами у меня сложные отношения: то я их подвожу, то они меня подводят». Или, спросив о заковыристости маршрута, вы обнаруживаете непонятливость и даже просите нарисовать схему.

Сущность приема в том, что за время этих нескольких вопросов-ответов происходит обмен не только деловой информацией, но и эмоциональной. Если вам ответили формально, чтобы отвязаться, тогда, может, и не следует пытаться завязать контакт, хотя и это может быть маской. Уверенный в себе человек попытается даже в условиях «отсутствия улыбки» продолжить разговор. И вот, если и она уже улыбнулась и помощь оказывает с охотой, рассказывает, как проехать, с подробностями, тогда уже можно действовать смелее. Разговор тут же переводится на еще одну тему, которая должна быть заранее предусмотрена: например, в городе выставка, новый фильм, стоит ли идти? А дальше, с кинофильма — на режиссера, с режиссера — на писателя, по мотивам книги которого сделан фильм. Обнаруживается какой-либо общий интерес. И вот вы уже договорились об обмене для прочтения книгами, а следовательно, и телефонами, договорились о встрече.

Такое вступление в контакт посильно не только для юноши в качестве инициатора, но и для девушки. И даже обмен телефонами может предложить она. А что? Ведь это для интересующего обоих дела! Но, понятно, разговор может быть продолжен лишь тогда, когда человек сам интересен, информативен. Значит, надо больше читать книг, критическую литературу по кинофильмам, театральным постановкам, быть в курсе культурной жизни страны и своего города.

Кстати, парадоксальный факт: легче познакомиться, когда вы идете не рядом, а навстречу друг другу. Время для решения вопроса, вашего ли круга человек, здесь, правда, ограниченно: ведь он (она) стремительно приближается. Однако эту экспресс-диагностику не поздно провести и в процессе уже начавшегося разговора. Зато у вас будет меньше, «наблюдателей».

А вот другая картина: почти пустой вагон электрички или метро. Как садятся люди, входящие в него? Каждый старается занять отдельное «купе», но не для того, чтобы чувствовать себя хозяином этих «аппарта-ментов», а чтоб, не дай бог, не подумали, что он навязывается. Но вот входит человек и, поискав «лицо подобрее», у кого бы спросить,— а это оказывается она — усаживается рядом, спрашивает, останавливается ли электричка в Люберцах, или сколько остановок до «Маяковской». Ну а если он с юмором, то: «Далеко ли Веллингтон, мисс?» Она отвечает, улыбается. Тогда уж глупо и даже неприлично уходить от нее и садиться поодаль. И вот она продолжает читать книжку, а он достает кроссворд. Интерес окружающих к ним уже исчез. А они будут поддерживать беседу. «Трудный кроссворд попался, два слова не могу отгадать. Раз уж вы проконсультировали меня по транспортным проблемам, помогите и здесь...» А потом — вопрос о книге, которую она читает. «Ах, Астафьев, «Последний поклон»? А читали «Мастера и Маргариту»? Нет! Какое счастье, я смогу дать вам ее!..»

Или: «Девушка, нет ли у вас «двушки»? — растерянный вид, в руке — горстка мелочи, которую вы перебираете у нее на глазах перед тем, как обратиться (и в которой точно нет «двушки»: они заблаговременно спрятаны). И тогда она, даже если у нее и нет «двушки», но есть интерес к вам, предлагает от своих щедрот гривенник. «Ой, спасибо, но я же теперь ваш должник! Тогда давайте завтра на этом же месте я вам верну, а на три тысячи процентов, которые я буду вам должен, мы сходим в кино!»

— Все это относится к ситуации, когда юноша знакомится с девушкой, за ним остается право инициативы. А как быть девушке? Ждать?

— Ну почему же, у нас ведь равноправие. Вот, скажем, вы — девушка, выбираете в магазине папе подарок и «ничего не понимаете в том, что нужно мужчине». И, советуясь с подругой, говорите вслух: «А не спросить ли у кого-нибудь компетентного?» И, «поискав глазами доброе лицо», останавливаете свой выбор на том, кого уже и раньше заприметили.

Девушке, если инициатива первого контакта за ней, не обязательно выступать и инициатором обмена телефонами. Если она ему нравится, он и сам осмелеет и попросит об этом. Нужно помочь ему создать в беседе психологически комфортную атмосферу.

Не надо думать, что обойдется без неудач. Надо быть готовым к ним.

Если очевидно явное отсутствие интереса, мило улыбнитесь, поблагодарив за внимание, идите дальше. Если же человек не вежлив, выразите удивление. Извинившись, вы избавитесь от неловкого положения. Не надо переживать. Будет другой случай, более удачный. У вас существенно увеличится вероятность его появления.

Думайте не только о себе. Контакт с этим молодым человеком у вас предвидится только дружеский, но зато, как знать, может быть, он станет будущим мужем вашей подруги, с которой вы его познакомите позже. Душевная щедрость и широта придадут вам сил и свободы в действиях.

Тренируйтесь просто входить в контакт, пусть и без продолжения, пусть будет больше знакомых. Ведь знакомые могут со временем стать друзьями.

Надо, чтобы не вы зависели от стихии случайностей, а стихия случайностей была подчинена вашей воле...

http://www.shkolniks.ru/o-chyom-sprashivayut.html